Валерий Веснин:
В период перевала века в уральском лесу мной была прибита к дереву алюминиевая табличка с надписью: «Здесь остановилось сердце защитника Родины, участника Сталинградской битвы Спиридонова Владимира Владимировича». Для приметы места на сломанной вершинке ближайшего дерева опрокинутое пластиковое ведро. Место же находится на правом берегу крупного ручья, текущего к двум бывшим пионерским лагерям «Ручеёк» и «Берёзка».
В августе 1999 года, спрятав в знакомом мне месте велосипеды, углубились с товарищем в лес за опятами. Не доходя до ручья, свернули вправо. Здесь нами и был обнаружен сидящий у дерева человек. Он явно переобувался, одна нога без обуви, рядом корзина с черными сгнившими грибами. На груди из-под рубахи выпирал квадратный предмет, позднее узнали – это электрокардиостимулятор сердца, который придал излишнюю самоуверенность 83-х летнему человеку, он был мёртв. В.В. Спиридонов бывший начальник группы подстанций «Пермэнерго» разыскивался уже много дней по распоряжению главы города Земцова. Похоже, заблудившись и потеряв очки, он шёл на звуки автомашин той же булыжной дорогой от пос. шахты «Северной» до посёлков ш. №42 и №41.
По моим зарубкам на деревьях под руководством подполковника милиции Данилова тело погибшего было доставлено к спецмашине. Носилки несли пятнадцатисуточники.
Уже в другом веке, спустя 21 год 4 августа этого года те же самые «велосипедисты» (я и товарищ) оказались у того же ручья, лишь с другой стороны, и с той же проблемой – заблудившись в беспроглядный дождливый день.
Когда-то друг детства Толя Сосунов показал мне скрытый отворот вверх от дороги на ш. №42 в заросли черничных кустов. Много раз я возвращался оттуда с ягодами. Но в этот день вся эта тупиковая дорога оказалась настолько обезображена буреломом, что, бросив свой автомобиль на полдороги, мы прошли до кустов черники пешком. Убедившись, что ягод нет, решили возвращаться. А куда? Где юг? Неожиданно взлетевшая огромная жёлтая птица добавила мне чувство тревоги. Я понял, что по самоуверенности не взял с собой компас.
Шли вверх, значит возврат на понижение. Но понижение наше оказалось не вертикально к дороге, а вдоль нее. Так мы, идя в обратном от машины направлении, попали в район того же ручья. Ни одного муравейника (они располагаются на южной стороне от дерева или куста), ни поросших мхом камней или ели (мох защищает кору с севера).
В одном месте обнаружили, памятую траву с углублениями от лёжки крупного зверя. А дальше дважды попались лосиные следы. И, наконец, сам ручей добро журчащий и полноводный. Вышли? Не там, куда он течёт. Значит где-то за ним мы нашли в 1999 году героя войны. Но в уставшем от блужданий сознании испугала мысль: а вдруг это не тот ручей и склон к шахтерскому когда-то поселку? И так сразу захотелось услышать голос человека. Тем более в прошлых моих скитаниях по лесам ни с того ни с сего на экране моего телефона высветились цифры 112.
Поднявшись на крутой взгорок с правой стороны ручья, набрал номер 112, ответил женский голос. Велено было оставаться на месте и беречь заряд аккумуляторов телефонов. Установилась связь по телефону с оперативной группой полиции, пошел процесс вызволения из леса двух заблудившихся.
Первый очень далёкий сигнал сирены показал, что мы правильно выбрали направление. Звонки по телефону, неумолкаемые звуки сирены. Десятки поваленных деревьев, дебри, заросли заставляли искать проходы и отклоняться. В одном месте перелезая через упавший ствол огромного дерева мои руки были так переплетены зарослями, что казалось меня держит осьминог. Помог товарищ. Так с надеждой на спасение мы прорывали заросли и шли на беспрерывные звуки сирены. Шли долго, трудно…
И вот они – молодые лица наших спасателей.
Низкий им поклон за терпение и спасение наше! Они даже вернули нас к нашей машине и взяли с нас объяснения. А затем мы ехали за машиной, чья сирена в глухом лесу звала нас к жизни. Безмерная им благодарность! С их слов мы были не единственные, кого они спасли. Хотим, чтоб их отметили на службе за профессионализм и спасение людей. В городе хорошо отлажена служба спасения, да и сам город строится, асфальтируются улицы, благоустраивается парк, где в водоемах плавают утки. Видны следы строительства, работает техника.
Проходя мимо Дворца Культуры, хотелось искренне покаяться за свою безалаберность перед портретом родного отца, а он с панно из верхнего правого угла, он тоже участник Сталинградского сражения, погрозил бы мне пальцем и сказал: «УУХ», как это сделал портрет Карла Маркса в комедийном филиале «Не может быть» по рассказу Михаила Зощенко. Ноги несли меня к дому, а в голове всё ещё звучал спасительный голос полицейской сирены.
